Буржуазный кинематограф привил нам стереотип: в благодарность за ночь,
полную огня, мужчина приносит своей тётке в кроватку утром кофе. Одын
кофе и одын булочка.
Лично я предпочитаю, чтоб мне приносили два пива и три корочки хлеба, а к
ним вон тех жаренных пескарей, котлет и ещё молокаааааа…я нормально
сплю на крошках если что…но, впрочем, к нашей сегодняшней беседе это
мало относится.
Так вот, редкий мужчина а) нормально встанет и б) тихо приготовит для
любимой напиток из кофейных зёрен.
Один мне знакомый мужчина (амант моей подружки) вообще не был заточен на
готовку. По крайней мере, так говорил. Но каждое утро стонал: «Хочу
кофе». А, обнаружив на кухне свежесваренный кофе, искренне радовался:
«Ой! Кофе! Ура!» Абсолютно незамутненная детская непосредственность. Фея
Драже пришла, сварила и ушла. Надо ей зуб под подушкой оставить.
Другой мой знакомый (амант второй моей подружки) честно признавался в
том, что он бы со всей душою, но – увы! – не ведает рецепта. Подружка
инструктирует: «Две ложки молотого кофе кладёшь в дзежву, добавляешь
холодной воды на ¾ объёма. Ставишь на огонь. Ждёшь пока поднимется».
Пауза. «Знаешь, дорогая, у меня, пожалуй, на кофе не встанет». Шутник,
словом, амант у моей второй подружки. Дикий мальчишка.
Третий мой знакомый (чёрт! сколько ж по свету оприходованных не мною
мужиков безнаказанно слоняется!) признавался как-то, что, да, не вопрос,
дорогая, уже делаю! Но через каждых полминуты с кухни будут нестись
вопросы: «Дорогая! А где у тебя турка!» «Дорогая! А где у тебя сахар!»
«Дорогая! А где у тебя…» До тех пор, пока дама не встанет сама, и по
русской народной традиции, не help yourself. Хитроумнозадый, короче,
парень, этот третий мой приятель, ага.
Поэтому, учтя весь трагический опыт моего окружения, я обычно поступаю
следующим образом:
1) пока будущий кофевар сладко спит, ни о чём не подозревая, я
поворачиваюсь к нему спиной, упираюсь ногами и руками в стенку, и резко
сталкиваю пятой точкой дяденьку с ложа. Со словами: «Что ж ты, зайчик
мой, так бежишь на кухню мне кофе приготовить! Ну, право слово, это
лишнее. Хотя мне безумно приятно, да!» (Все уже поняли, что я
внимательно в детстве слушала колыбельную про серенького волчка и всегда
принимаю необходимые меры безопасности по этому поводу (а именно: не
сплю с краю, а лезу строго «к стеночке»)?)
2) те же действующие лица, смена декораций. Дяденька почесывает
ушибленный задок и медленно, но верно просыпается. Я быстро занимаю всё
пространство на кровати посредством разложения в позу морской звезды.
Чтоб не заскочил, зараза, обратно. «Мне две ложки кофе, одну сахара,
никакого молока, никаких сливок. Все продукты, посуда и всё такое прочее
ТАМ (показать рукой в сторону кухни). А я ещё минут полчаса повтыкаю в
красочный свой сон». Из-под подушки достаются бируши, повязка на глаза,
любезно дарованные авиакомпанией ****, и табличка из уж не помню какого
отеля «Please do not disturb me». Всё
вставляется/натягивается/инсталлируется на предназначенные для этого
места. Далее изображается храп Аццкого Сотоны или хрип Дарта Вейдера
(тут уж как получится). Для фиксации полученного результата и
обозначения серьёзности намерений.
3) самое важное: даже если получившийся напиток мерзок, жидок и даже
отдалённо не похож на кофе, юного кулинара следует похвалить за
приготовленную амброзию. Уподобившись маме страусят Фи и Фу из детской
сказки Сутеева. Он же не совсем идиот, раз попал в нашу кровать, сам
понимает, что приготовил помои. Не с первого, так с десятого раза, даже у
мужчины получится, что-то приемлемое для вливания в нежный девичий
организм.