По центральному проспекту города, невидимая и неощутимая, шла Смерть. Не
глядя по сторонам, неспешно помахивала косой, скашивая одномоментно
тысячи человек в разных точках планеты… Это большое искусство, между
прочим, - так виртуозно управлять косой – невообразимым инструментом,
выкованным до начала времен Несуществующим. Лезвие рассеивается в
пространстве, нанося точечные удары по заданным целям… - большая
сноровка нужна в управлении косой! Ну, бывают иногда, конечно, и
промахи, как же без них, - когда под ударом оказывается кто-то, случайно
оказавшийся рядом с жертвой, но это - крайне редко. За многие тысячи
лет Смерть основательно набила руку.
Сегодня Смерть ошиблась несколько раз за день, чего за многие-многие
годы ни разу не случалось. Все, близко знающие эту суровую личность в
черном балахоне с капюшоном, только уже по этим промахам могли бы
определить, что Смерть страшно, жутко, невообразимо рассержена. И ведь
было чем!
Вторую неделю Смерть никак не могла найти Васю Полетайкина. Этот
уникальный индивидуум настолько точно оправдывал свою фамилию,
«перелетая» с места на место с такой невообразимой скоростью, что все
удары Смерти приходились по воздуху. Вот только что, казалось, появился
Вася в чьем-нибудь офисе, к примеру, - тут же следовал удар, но
Полетайкин в этот миг уже «улетел» в другой офис. Времени на сон он,
похоже, не тратил вовсе. То ли спал на ходу (если это мельтешение можно
было назвать «ходом»), то ли как-то вообще обходился без сна –
непонятно, но результат этого безобразия присутствовал: человек, который
вторую неделю должен обивать пороги Чистилища, продолжал обивать пороги
квартир, банков, офисов и тому подобных мест концентрации смертных.
Смерть и домой к нему приходила в облике налогового инспектора, и по
друзьям Полетайкина прошлась под видом военкоматовского деятеля, и в
офисах Васиных партнеров побывала в личине короткостриженного крепыша в
кожаной куртке, спортивных штанах и кроссовках – любимом наряде Смерти в
последние годы – все было безрезультатно. Вася Полетайкин был
недостижим, как равноправие в животном мире.
Ничего не попишешь, придется на этого типа угробить завтрашний выходной,
который случается у Смерти один раз в сто лет...
***
Вася Полетайкин заскочил на минуточку в кафе лизнуть коньяку, да так и
застрял за столом. Что-то тупо болело внутри, усталость какая-то
непонятная появилась. «Нет, нужно все-таки отдыхать иногда», - подумал
Вася и решил полчасика до очередной встречи провести здесь, в кафе. Он
заказал еще коньяку и расслабился, тупо глядя в бокал...
- Вот ты какой, Вася Полетайкин, - внезапно раздалось с противоположного
конца стола. – Ну, здравствуй...
Шустрый Вася поднял голову. Напротив него сидела невысокая, жутко
размалеванная косметикой девушка с потрясающе старыми глазами.
- Мы знакомы? – спросил он, перебирая в уме сотни лиц.
- Хм... вот сейчас и познакомимся, - хмыкнула странная девица. – Я тебя
вторую неделю отловить пытаюсь. Можно подумать – мне делать больше
нечего!
Полетайкин в свою очередь тоже хмыкнул под тихую музыку шансона.
- А что, есть чего? – «остроумно» пошутил он и добавил, - извини, не
припомню – ты кто?
Очертания девушки размылись. Миг - и на ее месте возникла черная фигура с
тенью вместо лица.
- Теперь узнаешь? – весомо спросила она.
Похолодевший Вася только закивал головой в ответ. Каждый ведь в
состоянии разглядеть собственную смерть.
- Тогда пойдем, - кивнула в сторону выхода фигура, - или здесь
предпочитаешь?
- Погоди, - с трудом произнес Полетайкин, лихорадочно соображая, что же
делать, - как?.. - почему – я?
- Смерть – это не «почему?», и даже не «как?», - тоном гадалки заявила
фигура, - смерть – это «когда?». Сейчас, Вася, сейчас...
- Нет, так не пойдет, - собрал в кучку разбежавшиеся мысли Полетайкин, -
мне всего тридцать четыре, рано еще…
- Вот сходил бы месяц назад к врачу – мне меньше мороки было бы. А
теперь поздно. Тебе ведь некогда все! К врачу - некогда, помереть – и то
некогда. Ох, и побегала я за тобой! - пожаловалась Смерть, - никак не
застать. Приходится на тебя свой выходной тратить, а он, чтоб ты знал,
только раз в сто лет бывает. Знаешь, как тяжело подгадать, когда во всех
войнах перемирие одновременно наступает, когда бандиты все отдыхают и
водители трезвые... То-то...
- Погоди, - повторил Вася, нащупывая извилинами какую-то мысль, - если у
тебя выходной, то куда торопиться? У тебя выходной, у меня – последний
день жизни… давай отпразднуем, - неожиданно для самого себя предложил
он.
- Пить не буду, - тут же заявила Смерть, - меня почему-то многие споить
пытаются. Глупо это. Спиртное – один из моих любимых инструментов, какой
смысл его против меня использовать?
- Зачем пить? – Полетайкин ощутил вдохновение. – Культурно отпразднуем.
Ты в кино была?
- Была в прошлый выходной.
- А в театре? Хотя... наверняка была... О! – его осенило. – Ты рок-оперу
слушала?
- Чего? – удивилась Смерть.
- Рок-оперу. «Звезда и Смерть Хоакина Мурьеты». Как раз к случаю! –
радостно выпалил Вася.
- Звезда и Смерть? – задумалась его собеседница. – А что, мне нравится
идея...
***
Через час Смерть, снова принявшая облик размалеванной (правда, теперь
уже меньше) девицы, разглядывала с последнего ряда балкона собравшихся
зрителей. Иногда ее руки тянулись к спрятанной в складке пространства
косе, но каждый раз вовремя вспоминался выходной...
И вот погас свет, представление началось...
Накатанная рок-опера шла как обычно. Лишь иногда, давно знающие тексты
чуть ли не наизусть зрители вздрагивали, когда в моменты появления на
сцене Смерти, с балкона доносился одиночный, но очень громкий истеричный
смех.
- Ой, весело-то как! – довольно заявила после спектакля Смерть. – Давай
еще пойдем куда-нибудь.
- Сколько у нас времени? – деловито спросил Вася.
- До рассвета, - промурлыкала ему компаньонка.
- Так это совсем другое дело! – пропел Полетайкин. – Прошу, сударыня...
...В ближайшие часы парочку можно было видеть в боулинге, в ночном
клубе, во многих других местах. Фаст-фуд Смерти понравился необычайно.
«Хорошая затея!» - уверенно заявила она. Одобрила также и ночные гонки
на автомобилях вслепую.
Посреди ночи Смерть решила внести свой вклад в празднование.
- Говори, куда бы ты хотел, - предложила она Полетайкину.
- В древнюю Японию, - не задумываясь, зачем-то брякнул тот.
- В какой именно век? – уточнила Смерть.
- А ты и вправду можешь? – вытаращил глаза Вася.
- Конечно! – усмехнулась напарница. – Смерть – вне времени. Со мной и
тебе можно. Главное – не увлекаться. Пока мы с тобой в прошлом будем,
время замрет. Не может время течь без Смерти...
Когда она договаривала фразу, Вася уже пялился на утонченную архитектуру
древнего Киото… Осмотрев город, достаточно повосхищавшись, он спросил:
- А можно еще куда-нибудь?
- Да пожалуйста! – легко согласилась Смерть. – Можешь даже пожить жизнью
древних...
...Вася Полетайкин увидел и попробовал многое. Он переходил Рубикон с
Цезарем и строил пирамиды в Египте; встречал Колумба и отбивался от
Атиллы; охотился на мамонтов и брел с Моисеем по пустыне… Он беседовал с
Александром Невским и долго теребил свою память в пьяной беседе с
любопытным малым по имени Нострадамус. Он открывал новые земли вместе с
Куком и участвовал в рыцарских турнирах...
Страны мелькали перед глазами, эпохи танцевали стриптиз.
Когда с тобою Смерть, можно не опасаться царапин. Вася сражался и
путешествовал, бросался в такие авантюры, к которым никто и близко бы не
подошел.
Он не старел. Его время еще не пришло...
Как-то в Венеции, то ли шестнадцатого, то ли семнадцатого века, сидя на
берегу канала за бутылочкой вина, Смерть спросила у него в очередной
раз:
- Куда ты еще хочешь?
Вася задумался.
- Сколько мы с тобою здесь, в прошлом? – спросил он.
- Сто шестнадцать лет… - был ответ.
- Неплохо для умирающего, - усмехнулся Полетайкин. – Но знаешь, я устал.
Я готов умереть. И я хочу умереть...
- Ты уверен? – пытливо глянула на него Смерть.
- Да, я уверен, - устало произнес Василий. – Не каждому удается в миг
смерти прожить долгую жизнь. Да и твой выходной затянулся...
...Смерть, в облике девушки, сидела напротив него в кафе и грустно
смотрела перед собой.
- Да, мой выходной затянулся. Но знаешь, это был самый лучший выходной.
Смерть еще раз глянула в Васины глаза, улыбнулась и, со словами:
«Прощай, дружище», взмахнула косой. После чего допила из бокала коньяк
и, прищурившись куда-то в будущее, задумчиво произнесла: "Как ты сказал?
- "не каждому удается в миг смерти прожить долгую жизнь...” Ведь это -
идея...”